_Кваша Г.С., Принципы истории.pdf

_Кваша Г.С., Принципы истории.pdf -...

This preview shows page 1 out of 157 pages.

Unformatted text preview: Григорий Кваша Принципы истории «Принципы истории»: АСТ, Астрель; 2001 ISBN 5-17-006898-0, 5-271-01796-6 Аннотация Книга содержит ответы на вопросы, которые интересуют всех: почему одни цивилизации погибают, а другие процветают, от чего зависит выбор исторического пути государства, что такое тоталитарные двойники, каков возраст человечества и, самое главное, что ждет Россию в будущем. Автор книги Григорий Кваша считает, что в будущее можно заглянуть. Ключ к его тайнам хранится не за семью печатями, а в грамотном прочтении законов истории. Кваша Григорий Принципы истории Новая наука - теоретическая история - началась с изучения простой и известной каждому школьнику последовательности дат из российской истории XX века: 1905 год революция, 1917 - революция, 1929 - год большого перелома, 1941 - война, 1953 - смерть Сталина, 1965 - начало косыгинской реформы, 1977 - конец реформы, начало застоя, 1989 первые свободные выборы, распад соцлагеря... Теперь в распоряжении новой науки учение о трех мирах (Восток, 3апад, Империя), открытие обратной логики в развитии 144-летнего цикла, введение таких ярких понятий, как вечный народ, тоталитарный двойник, возрасты человечества. Новая наука позволила избавиться от многих заблуждений. Становится ясно, что богатство государства почти ничего не добавляет к его политической мощи, а процветание государства не тождественно процветанию народа. На многие вопросы даются простые ответы. Самое парадоксальное состоит в том, что именно Россия наиболее точно соответствует принципам истории, наиболее точно "измеряема аршином", правда, не совсем общим. Но главная мысль книги, главное достижение новой науки - это убеждение в том, что история подчиняется объективным законам, а стало быть, она может превратиться из архивно-археологической науки в науку об историческом процессе, связывающем прошлое и будущее. Эта книга создавалась как первый том трехтомника. Тем не менее, она имеет самостоятельное значение, ибо сами принципы истории, в понимании автора, изложены в ней полностью. Строение книги напоминает слоеный пирог. Часть текста написана заново, часть взята из публикаций автора в прессе. Такой подход позволяет проследить за динамикой создания новой науки и, думается, будет полезен и занимателен. Менее всего автор хотел бы претендовать на истину в последней инстанции. Эта книга представляет собой попытку обрисовать круг проблем, с которыми неизбежно сталкивается теоретическая история, наука, рожденная самой жизнью. Ссылки на газеты и журналы. "МП" - "Московская правда" "Оракул" "М-Э"- "Мегаполис-экспресс" "СЦ" - "Советский циpк" ("Арена") "3" - "Зазеркалье" (приложение к "Московской правде") "НиР" - "Наука и религия" "Д-Э" - "Дарин-эксклюзив" "К-в" - "Коммерсант-власть" ВВЕДЕНИЕ Главного, в определенном смысле единственного научного принципа не хватало истории как науке. Не хватало принципа познаваемости. Удивительнейшим образом подавляющее большинство историков считали cвою науку неким инструментом для описания прошлого, в лучшем случае, для объяснения прошлого, но никак не для объяснения исторического процесса, никак не для построения единой системы, связывающей прошлое, настоящее и будущее. Почти везде безоговорочно победил скептический подход к истории, выраженный словами о том, что история учит тому, что ничему не учит. Особенно же это касается нашей страны, где придуманный научными коммунистами исторический порядок: рабовладение - феодализм - капитализм социализм - коммунизм - потерпел столь откровенное фиаско. Предлагая вниманию читателя длинный перечень принципов истории, я вынужден начать с первого и главного принципа. История познаваема, познаваема в не меньшей степени, чем другие процессы идущие в эволюционном ключе. И не исключено, что эволюция вселенной, эволюция геологического мира, биологическая эволюция, историческая эволюция окажутся подчинены примерно одинаковым законам, точнее будут базироваться на неких единых принципах. До Галилея, Коперника и Ньютона людям трудно было представить, почему в пустом пространстве должны крутиться ни к чему не прикрепленные небесные тела. Есть в законах притяжения нечто, несообразное нашему человеческому, домашнему миру. В нашем мире кастрюли не летают вокруг шкафов, а шкафы настолько прилипли к полу, что их никак не оторвать. Как же нам после этого представить, что все на свете летает, крутится, вращается? Не имея при этом ни крыльев, ни моторов. Как летает Луна, как летает Земля, кометы? Однако они летают сообразно закону, притом закону достаточно точному и простому. И закону этому нплевать, что наше человеческое воображение с трудом его действие осознает. Примерно то же самое с законами истории. Человеческому воображению трудно представить, что в нашей тихой, домашней, такой человеческой истории действуют очень жесткие, подчас неотвратимые законы. Еще труднее понять, что у государства - главной исторической единицы (главного элемента истории) - идет своя жизнь, отдельная от жизни народа, жизни людей. Как представить, что у русского государства одна логика, одни интересы, а у русских людей сплошь и рядом интересы другие? Однако еще В.О. Ключевский заметил, что "государство ширится, народ пухнет". Обычно все беды исторические валят на головы несчастных чиновников, на злую волю нерадивых правителей, чуть реже на непригодность самого народа. Но почти никогда не идет речь о том, что виноват во всем всего лишь исторический закон, такой же неумолимый, как закон всемирного тяготения. Мы погрязли в нелепых формулах типа "народ - творец истории" или "государство - это мы", забывая о том, что даже муж и жена - это уже не два человека, а семья, новая единица. При этом интересы семьи сплошь и рядом не совпадают с интересами как мужа, так и жены. Что же тогда говорить о государстве, слепленном из миллионов людей? Поверить в закономерность астрономических явлений нас заставили глаза Галилея, увидевшего в телескоп нечто чрезвычайно убедительное. Хотелось бы надеяться, что факты, изложенные в этой книге, помогут многим убедиться во всевластии исторических законов. Основой же этих законов, как и основой подавляющего числа других законов мироздания, будет его величество Время. Что мы знаем о времени О времени мы знаем не так уж много, в основном наши представления о времени связаны с тремя понятиями: сутки, год и век. Сутки - это время вращения Земли вокруг своей оси, год это время вращения Земли вокруг Солнца, ну а век - это оптимальное время человеческой жизни. Впрочем, время штука хитрая, и, скажем, человек, обитающий на полюсе, с трудом поймет, что такое сутки, а человек, живущий на экваторе, сплошь и рядом затруднится в описании смысла такого понятия как год. Со временем жизни человека тем более все непонятно, что есть старцы, живущие более ста лет, а подавляющее большинство людей не дотягивает до ста лет. Каждый из трех главных временных ориентиров имеет достаточно четкое внутреннее строение. Сутки безоговорочно делятся на четыре части: утро, день, вечер, ночь. При этом имеется в виду, что день и ночь являются временем максимальной стабилизации и достижения экстремальных величин (по температуре, освещенности и т.д.). Подразумевается также, что человек именно ночью и днем максимально стабилен в своей деятельности: ночью спит, днем работает. Соответственно утром и вечером ни о какой стабильности не может быть и речи, ситуация все время меняется (по крайней мере, по освещенности). Человек к нестабильному утру и вечеру, как правило, приурочивает движения, меняющие его статус. Солнце встает - человек едет на работу; солнце садится - человек едет домой, и т.д. Более странным кажется деление суток на 24 части, которые мы называем часами. Почему, собственно, на 24, а не 25 или 20? Почему, в конце концов, не на 12 частей? Однако если мы признаем реальность существования именно четырех времен дня и признаем их равновеликость, то нам станет ясно, что наиболее перспективными вариантами деления суток были бы варианты, кратные четырем: 12, 16, 24... В дальнейшем станет ясно, что необходима еще кратность трем, и потому останутся всего два варианта: 12 и 24. Внутреннее строение года очень напоминает внутреннее строение суток. И это совершенно естественно, ибо и там, и тут речь идет о большем или меньшем присутствии в нашей жизни солнца. Так же легко выделить два стабильных времени года - лето и зиму. Именно летом и зимой достигаются экстремальные значения по длительности дня, по температуре. При этом длительное время кажется, что жизнь остановилась и ничего не меняется. Весна и осень, напротив, время достаточно бурных изменений в природе, когда каждый день приносит что-то новое как в природе, так и в социальной сфере. Не случайно к осени приурочено начало учебного процесса, весной подводятся итоги. Большие, долгие дела на весну и осень планировать очень трудно, ибо все вокруг жаждет изменений и нововведений. Кроме того, у большинства современных людей именно весной и осенью, как правило, происходит сознательная или неосознанная смена интеллектуальных и физических устремлений. Такова логика четырехтактного процесса. В дальнейшем придется столкнутся с логикой три плюс один. Но пока не будем на этом останавливаться. Деление года на 12 частей изначально неочевидно. Вопросы те же, что и при делении суток на 24 части. Если пытаться ввести дополнительный фактор, например, 28 лунных суток, то, скорее, должно быть 13 месяцев (28х13=364). Однако тут срабатывает тот же принцип симметрии: число месяцев должно быть кратно четырем и, как скоро выяснится, еще и трем. Теперь о длительности человеческой жизни. Здесь мы уходим от астрономии, от равномерности и уравниловки. Человеческое бытие приучает нас к мысли, что время умеет спрессовываться и растягиваться, мчаться как стрела и ползти как улитка. Процессы старения видятся нам очень медленными, будто у старости нет даже сил быстро свершиться. Процессы взросления детей, напротив, кажутся нам чрезмерно бурными, особенно когда их наблюдаешь на фоне мало меняющихся папы и мамы и почти совсем не меняющихся бабушки и дедушки. Во внутренней структуре человеческой жизни по неочевидной причине выделяется не четыре сезона, а три периода: детство, которое естественно сравнить с весной, зрелость (возмужание), которое столь же естественно сравнить с летом и, наконец, старость (духовную зрелость), вполне сравнимую с осенью. Зиме в человеческой жизни места не нашлось, ибо зима символизирует телесное замирание, в данном случае смерть. Впоследствии окажется, что внутри трех частей человеческой жизни все же есть свои сезоны. В результате возрастов в жизни человека окажется все же 12, столько же, сколько месяцев в году. На этом можно было бы остановиться, если бы не одно "но". Этим "но" оказался гороскоп. Сначала зодиакальный, подтвердивший догадку о существовании внутри года именно 12 месяцев, а за ним и годовой гороскоп, придумавший то, чего, кажется, нет в природе - 12-летний цикл. Отринув смешные натяжки 12-летнего цикла на юпитерианский цикл или цикл солнечной активности, остановимся на том, что умножение года на 12 происходит по той же самой причине, что и деление его на 12. Можно называть эту причину неким принципом бытия, принципом взаимодействия человека и времени, или даже более строго и научно принципом квантования времени. Представить это можно так, что любая единица времени, попав в сферу действия человека, приобретает способность делитьс на двенадцать или умножаться на 12. Таким образом рождаются и 12 возрастов человека, и 12 знаков зодиака, и 12 знаков восточного гороскопа, а также 12 двухчасовых отрезков внутри дня и неведомая пока миру 12-дневка. Можно сказать и по-другому. Человек, пребывая в реальном времени, имеет тенденцию генерировать 12-тиричную типологию (чего нет, скажем, у животных, растений, минералов и т.д.). Основу для типологии он берет из неких основных природных, эволюционных категорий. Так, восточный гороскоп имеет своей основой вроде бы 12 зоопсихологических типов, зодиакальный гороскоп - 12 достаточно случайных символов. Однако легко догадаться, что в основе как одного, так и другого гороскопов лежат одни и те же принципы временной эволюции. В частности, один из принципов (четверичный) нам уже знаком по сезонному строению суток и года. Другой принцип (троичный) также знаком нам по многим религиозным, философским, возрастным системам и чисто бытовым наблюдениям. Первая группа принципов истории Подводя первый промежуточный итог, можно сказать, что к научному изучению истории нас ведут два принципа. Принцип 1: История - это не наука о прошлом, а наука об историческом процессе. При этом между прошлым и будущим нет принципиальной разницы, ибо все, что происходит, подчинено объективным законам. Принцип 2: Основой исторического процесса является пересечение двух систем Времени и Человека. При этом пересечении обе системы теряют свою равномерность. В результате Время квантуется (кратно 12), а Человек дробится на типы и подтипы (кратно 12). Часть I АРИФМЕТИКА ИСТОРИИ Каждой науке нужны свои элементарные частицы. Для химии это химический элемент, для физики - нейтрино, протон, фотон (и т.д. ... всего около 350 наименований), элементарные частицы. В биологии упорно пытаются все разнообразие живого мира свести к комбинации генов (ген - единица наследственного материала, ответственная за формирование какого-либо элементарного признака). Без элементарных частиц не построишь никакой науки, ибо тонешь буквально в необозримых нагромождениях все большего и большего количества информации, теряешь всякую возможность общаться с коллегами, уподобляешься слепцу, который не ведает что творит, куда идет... С элементарными частицами жизнь науки становится прекрасной (если частицы определены верно). Появляется вдохновляющая красота, появляется стройная теория, все обретает смысл, а главное, является способность предсказывать возможные результаты того или иного действия, того или иного эксперимента. Собственно, именно появление разного рода элементарных частиц смогло отделить одни науки от других. Химия поставила себе предел не копаться в ядре химического элемента, биология обязала себя (хорошо бы генетики об этом не забыли) не заниматься выращиванием в реторте гомункулуса. Поставив эти пределы, ученые смогли ограничить себя в бесконечном стремлении к детализации и углублению. У химиков появились золото, ртуть, сера, фосфор, а главное, исчезла иллюзия, что из ртути можно получить золото (для ядерного физика в этом переходе ничего запретного нет). Ну, а потом произошло чудо чудесное: когда элементов стало достаточно много, Дмитрий Иванович Менделеев построил из них Периодическую Систему. Вот бы обрести такую же систему в истории! Современное состояние исторической науки таково, что она сильно отстает от таких далеко ушедших вперед наук как физика, химия, геология, биология и т.д., давно прошедших стадии сбора и обобщения информации и перешедших к фазе практического применения обретенных знаний. С другой стороны, история значительно обогнала иные гуманитарные науки (например, психологию, философию, экономику), которые не в состоянии договориться о самых примитивных вещах, создать свою фактографию, единую и неделимую для всех. Увы, но во всех этих науках факт плетется вслед за изначально придуманной концепцией, деформируясь в угоду этой концепции. Таким образом, означенные науки изучают не столько факты, сколько занимаются перечислением концепций, окончательно запутывая всех и вся. История - совсем другое дело. Если отсечь небольшие перекосы, возникшие во времена одиозных режимов, то легко убедиться, что большинство исторических фактов абсолютно достоверны, их масштаб и значение вполне точно измерены, определено их взаимодействие как с прошлым, так и с будущим. Таким образом, историческая наука лишилась разноголосицы, миновала стадию драки и устоялась в своих понятиях. Нет сомнений, что грандиозные исторические катастрофы XX века стали явлениями, вытекаюими из исторической слепоты человечества. История вплотную подошла к черте, за которой идет создание всеобъемлющей теории, а затем, как это свершилось в других науках, появление возможности целенаправленно влиять на исторические процессы. (Не на уровне шаманствующего алхимика, а на уровне солидного ученого). Возвращаясь к теме элементарных частиц будущей теории необходимо вспомнить о том, о чем нам прожужжали все уши с самого детства - о революции. Именно революция была, есть и будет основой любой исторической доктрины. Без понимания смысла революций ничего нельзя понять в историческом процессе. А потому, оставив все дальнейшие рассуждения, окунемся в море революционных дел, свершений, событий. Реальность революций Не рискуя сильно ошибиться, можно сказать, что теоретическая история началась с установления реальности революционных дат. Необходимо было установить, действительно ли революции происходят не когда попало, а в определенные годы? Вся наша жизнь прошла под разговоры о двух революциях 1917 года февральской и октябрьской. Для нас, а может быть, и для всего мира, именно революции 1917 года стали самыми революционными. Таким образом, революция номер один свершилась в год Змеи. Еще одной революцией, о которой нам так много говорили большевики, была другая русская революция XX века - революция 1905 года. Легко догадаться, что она случилась также в год Змеи. Третьей по популярности, как в школьных учебниках, так и на экранах наших кинотеатров и телевизоров, была история, приключившаяся с декабристами на Сенатской площади. Революцией эту историю никто не называет, но смысл в это восстание вкладывают всегда революционный. Одни говорят, что декабристы кого-то разбудили. Другие говорят, что они кого-то похоронили. Но все сходятся на том, что с декабрьским восстанием одна эпоха ушла, а другая пришла. Теперь посмотрим на год. Это 1825-й - год Петуха. Продолжая русскую тему, упомянем несколько государственных переворотов, которые всегда смахивают на революцию, пусть даже на дворцовом уровне. Идти будем в обратную сторону. 1801 год: убит заговорщиками-дворянами император Павел I, на престол восходит Александр I. 1762 год: свергнут Петр III, на его место приходит возглавившая переворот Екатерина II. 1741 год: гвардия возводит на престол Елизавету Петровну. 1725 год: по смерти Петра I гвардия возводит на престол Екатерину I. 1689 год: свержение царевны Софьи Алексеевны, начало правления Петра I. Среди перечисленных дат 1801 - год Петуха, 1741 - год Петуха, 1725 - год Змеи, 1689 - год Змеи. 1762 год пока оставим в стороне от создаваемого нами ряда. Еще один шаг по лестнице, ведущей вглубь веков, в начало ХVII века. 1613 год окончание Смутного времени, начало дома Романовых. Ну, чем не революция? Это год Быка. Теперь попытаемся вспомнить наиболее интересные или известные революции иных стран и народов. Самой великой революцией почитают французскую революцию 1789 года: ее так и зовут Великой. Не будем спорить о величии, отметим же тот факт, что вновь речь идет о годе Петуха. Целая волна революций прокатилась по Европе в середине XIX века. Большинство из них получили название революции 1848-1849 годов. Эта пара в переводе с цифрового на гороскопический язык звучит как годы Обезьяны-Петуха. Очень интересная ситуация сложилась в США. Выборы президента там приурочиваются к високосному году, и правление любого президента начинается там в годы Петуха, Быка и Змеи. Впрочем, самые крутые переломы: 1789 (Вашингтон), 1861 (Линкольн), 1933 (Рузвельт),- происходили все-таки в годы Петуха. В общем-то, само понятие революции довольно таки свежее. В основном, говорят о революциях последних трех веков, а в более ранние времена речь шла всего лишь о переворотах, заговорах. Если погрузиться в историю заговоров, то тут можно окончательно утонуть. Однако пару-тройку случаев вспомнить можно. Например, знаменитая расправа с Цезарем ("И ты, Брут!") происходила в 44 году до н.э. (год Быка). В 1649 год...
View Full Document

  • Fall '14
  • susanm.anderse
  • Григорий Кваша, человеческой жизни, историческом процессе

{[ snackBarMessage ]}

What students are saying

  • Left Quote Icon

    As a current student on this bumpy collegiate pathway, I stumbled upon Course Hero, where I can find study resources for nearly all my courses, get online help from tutors 24/7, and even share my old projects, papers, and lecture notes with other students.

    Student Picture

    Kiran Temple University Fox School of Business ‘17, Course Hero Intern

  • Left Quote Icon

    I cannot even describe how much Course Hero helped me this summer. It’s truly become something I can always rely on and help me. In the end, I was not only able to survive summer classes, but I was able to thrive thanks to Course Hero.

    Student Picture

    Dana University of Pennsylvania ‘17, Course Hero Intern

  • Left Quote Icon

    The ability to access any university’s resources through Course Hero proved invaluable in my case. I was behind on Tulane coursework and actually used UCLA’s materials to help me move forward and get everything together on time.

    Student Picture

    Jill Tulane University ‘16, Course Hero Intern